ДЯТЛОВЩИНА : информационный портал

Казаkи-разбойники.

В „лихие” девяностые, когда каждый выживал, как мог, образовывались различные группы людей, объединенных одной целью – наживы. Если за границей, в Америке или в Европе, в странах с устоявшейся рыночной экономикой, люди становятся миллионами, когда очень много, эффективно и долго работают к годам пятидесяти, то в странах на постсоветском пространстве, где много лет царила командно-административная экономика, миллионерами становились те, кто больше мог „хапнуть”, украсть во время всеобщей дележки в молодом возрасте лет в тридцать до сорока пяти. Так в Западной Беларуси появлялись „предприимчивые предприниматели”.

Поначалу они работали поодиночке, кто как мог. В каждом отдельном районе „работали„ свои личности и втаги.

К примеру, один молодой „казак”, имея высшее сельскохозяйственное образование, заметил такую особенность. Цвет газированного напитка „Coca-cola” идентичен цвету ядохимиката, который разбавлялся и вносился в почву для протравки сорняков. Этот химикат был очень популярен и пользовался спросом в соседней Польше. Но вывозить его за пределы „синеокой” республики было запрещено…

„Молодой казак” был очень предприимчивым товарищем. Вывоз данного препарата он осуществлял почти легально. Наполнял две пустые бутылки, емкостью по два литра каждая, из под напитка „Coca-cola” ядохимикатом. Бутылки „Coca-cola” можно определить не только по этикетке, но и по характерной форме. „Молодой казак” просто садился в поезд, который следовал из города Гродно в соседнюю Польшу. Одну бутылку ставил на столике в купе, вторую под столиком и спокойно пересекал границу. При проверке документов ни у кого из таможенников никакого подозрения „лимонад” не вызывал. Доступ к ядохимикатам имелся на основной работе, „молодой казак” – агроном в колхозе.

Так очень быстро стало крепчать финансовое благосостояние „молодого казака”. Началась стройка своего особняка. Пару выходных в месяц можно было прокатиться за кордон. Помогал „молодому казаку” один „джигит”, его верный друг и помощник, который работал в том же колхозе водителем и развозил эти яды. Так дело было поставлено на поток, и сеть для сбыта была значительно расширена. Не обделял своего помощника „молодой казак”, делился не много. А земля… Земля ведь не может сказать, что в неё вносилось и сколько…

Через некоторое время наш „молодой казак” построил свой дворец, приобрел себе подержанную иномарку красного цвета. Не хотел отстать и „джигит”, хотя и был скромнее, но также приобрел себе автомобиль „Жигули”, что характерно тоже красного цвета. Стали они друзьями не разлей вода.
Но тут вышла такая загагулина! Нельзя, чтобы подчиненный прыгнул выше своего начальника. Председатель колхоза - „старый атаман”, и вдруг его обскакал какой-то „молодой казак”… „Старый атаман” тоже был не чист на руку, но когда пронюхал каким образом „молодой казак” ворует из его кормушки и не делится с ним, то решил выжить конкурента.

Конкурента „старый атаман” выжил. Пришлось „молодому казаку” ездить на заработки за шестьдесят километров от дома. А дом на ворованном добре построил не малый и оставлять дармовую домину очень не хотелось. Так и появилось у „молодого казака” тайное желание – стать самому атаманом. Стал он собирать информацию о действующем „старом атамане” и его делишках, чтобы свергнуть действующую власть. Врагов у „старого атамана” хватало, потому что не уважительно он относился к простым людям, сам воровал, а другим не давал. Когда информации было уже достаточно, „молодой казак” выступил открыто, написал заявление в органы районной прокуратуры, в котором указал конкретные факты, суммы и прочие сведения, изобличающие его конкурента. Прокурор - „змей Горыныч” сразу взялся за это дело с этузиазмом. Ни кто не знает почему? То ли видел перспективу какую-то, то ли интерес…

Хитрый был прокурор - трехголовый „змей Горыныч”, одна голова – думала, кивая и поддакивая, одно, вторая – строила коварные планы совсем по-другому, а третья творила вовсе не то, о чем строили планы первая и вторая головы.

Так как факты были достоверными, то „старого атамана” с легкостью убрали и тут же вернулся в свой дворец и стал „молодой казак” на его место, с чувством выполненного долга и большой благодарностью „змею Горынычу”. И стал „молодой казак” - „молодым атаманом”.

Начался двадцать первый век. Век модернизации, прогресса и высоких технологий. Однако схемы „работы” у „молодого атамана” не модернизировались, а только расширялась сфера ее применения.
„Молодой атаман” знал уже почти всех людей в своем хозяйстве-воеводстве, обращался со всеми вежливо, но жестко. Был сам себе на уме. Продолжал свои начатые и не оконченные темные делишки. Обзаводился новыми связями, знакомствами. Появился у него свой круг общенья в высших эшелонах власти. Стал первый заместитель „воеводы” округа, района его кумом „молодого атамана”. Иметь такого Кума значит иметь надежную „крышу” над головой, которая может защищать от мелких осадков в виде местных правоохранительных органов. Само собой Кум тоже хочет кушать. Надо и Кума подкармливать!

А тем временем в волости „молодого атамана” продолжал действовать „есаул” первого участка. „Есаул” тоже не хотел отстать от своего начальства и упустить свое, построил особняк, купил подержанную иномарку той же марки, что и „молодой атаман”, только модель другая и цвет. Добывал „воевода” все своим непосильным трудом.

„Есаул” садил картошку, свеклу, выращивал скот. Но все хозяйство свое кормил из кормушки „атамана”, т.е. из колхоза. Как и другие члены колхоза, „есаул” воровал, но по-честному. Посадит на земле картошку колхозной техникой, обработает, уберет тоже за счет колхоза. Оплатит за работу техники копейки, а отработает техника втрое больше. Кормушка ведь общая. Да и потом, когда уберет урожай, из колхоза под марку своего еще домой колхозного привезет, в пару столок больше. Кто упрекнет? Человек пахал, трудился! Так воевода за десять лет сумел приобрести квартиру в столице. Была еще на одном хуторе „бабка-повитуха”, которая занималась исключительно выращиванием и добычей мясной продукции для себя „молодого атамана”, Кума и всех, всех, всех… Конечно, с ведома „молодого атамана” уходило много мяса и налево. Но все делилось по-честному.

Но все же надо делиться и с „молодым атаманом”. Так создавалось сообщество казаков-разбойников, которые делились между собой с Кумом, подкармливали другое высшее начальство округа. „Бабка-повитуха”, кстати пережила, в смысле не уходя от „кормушки”, всех „атаманов”!

Через некоторое время, в этот округ попал по распределению молодой „Ермак”. Осваивать работу „Ермаку” помогал „молодой атаман”, как коллега коллеге, а не как начальник подчиненному. Дело в том, что и „молодой атаман”, и „Ермак” были агрономы и схема была уже обкатана, отработана и не разу не дала сбоя. За исключением мелкого инцидента, когда в деятельность „молодого атамана” вмешались два молодых опричника государевы.

Опричники знали, чем занимался „старый атаман” и чем занимается „молодой атаман”. Они хотели сделать все по-честному, по-жизни правильно. Даже заковали „молодого атамана” в кандалы и хотели определить его в темницу. Но… Молодо – зелено.
„Молодой атаман” пожаловался на боль в сердце и его вместо темницы определили в окружную больничку.

Опричники не смогли собрать весомых доказательств, а еще не учли, что „молодой атаман” к этому времени уже пользовался не только поддержкой своего Кума, но и имел уже неприкосновенность, так как был избран в члены рады от своего округа.
Так после того, как пару дней „молодой атаман” провел в больничке, он вернулся к своим делам. И принялся бы за них еще с большим размахом, но то ли из-за переполоха, который случился с опричниками, то ли из-за состояния здоровья, то ли из-за того что всего уже хватало, „молодой атаман” ушел из своего округа и стал на руководящую должность в воеводстве. Стал государевым служащими, стал руководить общинами в таких округах, из какого вышел сам и в которых руководили такие же „атаманы”, как он сам.

В своем дворце „молодой атаман” передал, как вотчину, хозяйство проверенному человеку – „Ермаку”. Так стал „Ермак” атаманом.

„Аман-Ермак” имел железную хватку, молодой, нарванный. Кроме того „Аман-Ермак” продолжал работать по старой обкатанной схеме, поддерживал тесную связь и с „молодым атаманом” и с его кумом, и сотрудничал вместе с „есаулом”.Сфера деятельности не расширялась, но росла в объемах. Так. к примеру, благодаря предприимчивости „есаула” и покровительству „Ермака”, когда убирали урожай картофеля, то в документы, в отчетность заведомо вносили заниженные данные. Неурожай, что ж поделать…. В самом деле, от урожая земля прогибалась! Так образовывались излишки, которые тщательно скрывались, а затем, как неучтенные ценности с легкостью отправлялись налево.

Выписывал „Атаман Ермак” доверенному - проверенному лицу, к примеру, двести пятьдесят килограммов картофеля, а указание „Есаулу” давал отгрузить две с половиной тонны. „Есаул” рад стараться, деньги то делились, но „есаул” мог еще приворовать и у „атамана”.

Их благосостояние росло большими темпами, потому что государь в синеоком государстве поддерживал сельское хозяйство, его жителей и тех, кто там работает. И не знал о том, как он поддерживает „атаманов, есаулов, кумов” и прочих разбойников. Так развивалось молодое синеокое государство и казаки-разбойники… в конце двадцатого начале двадцать первого века нашей эры!