Экономика зарубежных стран



стадии развития, находятся на постиндустриальной стадии, а некоторые (США, Великобритания и др.) перешли к созданию информационного общества. Этот процесс хорошо отражает растущая доля сферы немате-риального производства в создании ВВП, она в этих странах не ниже 60%, во многих приближается к 80%. Здесь сложился гарантируемый государственный уровень социальной защиты, высокая продолжитель-ность и качество жизни, образования и здравоохранения, высокий уро-вень развития культуры.
В этих странах наступила эпоха массового потребления, характери-зующаяся эффективным производством товаров и услуг, высоким по-требительским спросом.
Экономически высокоразвитые страны занимают 8,1% территории мира, их удельный вес в населении мира составляет около 15%. Они производят 77% промышленной продукции мира, доминируют на рынке новых технологий, информации, знаний. На эту группу стран приходит-ся основная доля прямых иностранных инвестиций. Страны, входящие в эту группу, с одной стороны, соперничают друг с другом в борьбе за увеличение своей доли в контроле мирового производства и рынка, а с другой – объединяют свои усилия, чтобы не допустить снижения этого контроля.
Страны этой группы не однородны, поэтому выделяют подгруппы:
2.2.1. Главные капиталистические страны: США, Япония, ФРГ, Франция, Великобритания, Италия и Канада (их еще называют большой семеркой). Эти страны лидируют в мире по своему экономическому и научно-техническому потенциалу, совокупному ВВП, отличаются наи-более диверсифицированной экономикой, а также самым крупным люд-ским потенциалом. На эти страны приходится около 70% производства всей промышленной продукции мира, все прямые иностранные инве-стиции.
Первое место среди «большой семерки» занимают США, контроли-рующие самую значительную часть капиталистического мирового хо-зяйства и играющие в нем определяющую роль.
Обострившаяся к середине 80-х годов конкуренция между ведущими странами выявила три противоборствующих центра: США, западноев-ропейские страны, занимавшие «оборонительные» позиции, и Япония («наступающие» позиции на рынках массовых товаров народного по-требления).
Именно Япония оказалась главным соперником США и ЕС в эти го-ды. Уже к середине 80-х годов она обеспечивала 82% мирового выпуска мотоциклов, 80,7% производства домашних видеосистем и около 66% фотокопировального оборудования. Японские компании заняли господ-ствующие позиции на американском рынке станков с числовым про-граммным управлением. Между 1973 и 1986 гг. доля США в мировом производстве товаров и услуг снизилась с 23,1 до 21,4%, доля ЕС – с 25,7 до 22,9%, а доля Японии выросла с 7,2 до 7,7%. Следствием этого процесса стало ухудшение позиций американских компаний. Если в 1971 г. 280 из 500 крупнейших ТНК были американскими, то к 1991 г. таковых осталось лишь 157. К этому времени Япония фактически дог-нала США, обладая 345 крупнейшими компаниями, притом, что в стра-нах ЕС таковых было 17, а в Северной Америке – всего 5; 9 из 10 круп-нейших сервисных компаний также представляли Японию . В конце 80-х годов японское экономическое чудо продемонстрировало, насколь-ко далеко может зайти страна, использующая индустриальную пара-дигму, в окружении соседей, принадлежащих постиндустриальному миру.
Однако японские производители, увлеченные количественными пока-зателями своего успеха в области индустриализации, не учли ряд дру-гих факторов.
Во-первых, хотя условия торговли США с остальным миром в 80-е гг.
серьезно ухудшились (уровень цен на американский экспорт снизился между 1970 и 1990 гг. более чем на 20% по отношению к уровню цен на импортируемые товары), Соединенные Штаты по-прежнему получали большую часть импорта из стран с близким к их собственному уровнем развития, в силу чего образовывавшийся торговый дефицит не был не-обратимым. Кроме этого, сами американские компании, сокращавшие индустриальную занятость в США и перемещавшие рабочие места за границу, вносили существенный вклад в нарастание дефицита, в данном случае достаточно формального (известно, например, что IВМ, исполь-зующая в Японии 18 тыс. работников и имеющая годовой объем продаж в 6 млрд долл., стала с начала 90-х годов одним из ведущих японских экспортеров компьютерной техники, в том числе и в США). Данный фактор имел и имеет гораздо большее значение, нежели то, которое ему обычно придается. Если в 1985 г. Япония экспортировала в США това-ров на 95 млрд долл., а покупала только на 45 млрд, это еще не означало того гигантского разрыва, о котором часто говорят политики и эконо-мисты. В том же году американские компании произвели и продали в Японии товаров на 55 млрд долл., тогда как соответствующий показа-тель для японских фирм в США не превышал 20 млрд. Если учесть это обстоятельство, то окажется, что японские производители поставили в США продукции на 115 млрд долл., тогда как американские в Японию — на 100 млрд, и дефицит составлял не более 15%, а если учесть выпла-ты японских компаний за американские авторские права и патенты, то фактически отсутствовал вовсе .
Во-вторых, японские производители тешили себя положительным сальдо своего торгового баланса с США во многом подобно тому, как это делали поставщики нефти в период высокой инфляции в 1977–1980 гг. Анализируя процесс образования торгового дисбаланса между стра-нами, нельзя не видеть, что такового фактически не существовало в 1980 г., но уже в 1981-м он достиг 36 млрд долл., в 1982-м – 67 млрд, а в 1983-м превысил 113 млрд долл.

Источник: Дятловская районная газета "Перамога" и интернет-портал http://diatlovonews.by/